«Муж обижается на жену, потому что он думал, что она догадается, что ему завтра понадобится белая сорочка. Жена дуется на мужа, потому что она думала, что он догадается купить ей цветов. Ребенок обижается на родителей, потому что они должны были догадаться, что ему нужен новый конструктор, и т.д. То есть сначала мы придумываем, как должны вести себя другие люди, потом убеждаемся, что они себя так не ведут, и обижаемся на них за это. Это нормально, ведь в сумасшедшем доме еще и не то бывает» А. Свияш

 

Простой путь к сложным решениям

Медиация – это переговоры, построенные посредником-медиатором таким образом, что стороны самостоятельно приходят к взаимовыгодному соглашению.
В 60-е годы прошлого века она стала применяться в США, в 80е – в Европе,  90е – в России.

Жили-были отставной полковник и молодой бизнесмен, и ничего их в этой жизни не связывало. Как-то раз полковник с супругой выезжали со двора на своей новой «пятерке» по делам. И в это самое время бизнесмен, тоже с супругой, шел по тротуару именно в том месте, где выезжала со двора машина полковника. И то ли полковник наехал слегка на бизнесмена, то ли бизнесмен налетел на машину полковника — не вполне понятно, точно известно только, что дело закончилось дракой с участием супруг обоих джентльменов. А потом продолжилось взаимными судебными исками. Причем, когда этот случай года через три попал к медиатору, в районном суде лежало уже три грамотно начатых дела и еще одно — в суде апелляционном.

Конфликт был исчерпан в течение часа — стороны пришли к соглашению об отказе от всех взаимных претензий. После чего еще часа полтора-два адвокаты сторон решали, советовались и мудрили в своей, правовой, логике, какие такие шаги лучше предпринять, чтобы остановить все запущенные правовые «маховики» защиты интересов своих подопечных.

Что же это за технология такая чудесная, которая позволяет так быстро прийти к соглашению между враждующими сторонами?

Сразу скажем, что ничего чудесного, мистического, потустороннего нет. Никаких манипуляций, внушений и убеждений — только трезвый расчет и использование природной способности людей к диалогу, переговорам — то есть способности договариваться.

Заметим, что схожесть слова «медиАция» со словом «медиТация», вносит определенную сумятицу в ряды пытающихся разобраться, что к чему, клиентов.

Основным препятствием для применения медиации выступает господствующее на просторах отечественной ментальности стремление по любому поводу употребить силу или власть.

При разрешении спорных или конфликтных ситуаций в человеческом обществе принято прибегать к нескольким вариантам их разрешения. Во-первых, с позиции силы. Это, пожалуй, наиболее древний способ разрешения конфликта, до сего дня применяемый с переменным успехом. Как удачно заметил мой давнишний знакомый, «человек с дубинкой прекрасно заменяет четырех медиаторов».

Постепенно попытки учесть интересы слабейшего из участников привели человечество к правовым нормам, которые были призваны уравнять шансы сторон конфликта. Тут уместно будет вспомнить знаменитый постулат о том, что «перед законом все равны». Но, как известно, «некоторые равнее других», причем касается эта поправка не только сторон конфликта, но и тех людей, которые профессионально участвуют в нем в качестве помощников и «разрешителей».

В конце концов государство поставило факт нарушения записанного в одном из томов законодательства текста выше, чем проблемы конкретного человека, сведя все к установлению абстрактной «объективной истины» и среднестатистической справедливости. В результате в большинстве случаев из поля интересов официального правосудия как-то незаметно исчезли проблемы, обиды и претензии конкретного человека.

Собственно говоря, медиация и возникла как технология прихода к соглашению с максимальным учетом интересов обеих сторон конфликта.

У медиации, как и у любой приличной технологии, существуют несколько базовых принципов.

Во-первых, добровольность — согласие на участие и появление на самой процедуре, как и уход с нее, являются для всех участников процесса делом полностью добровольным — если что-нибудь тебя не устраивает, или с тобой как-то не так себя ведут, или тебе кажется, что ущемляются твои интересы, — встал в любой момент и ушел! И никто тебя за руки хватать, а уж тем более к ответственности привлекать, не будет. Кстати, правила проведения самой процедуры медиации обязывают стороны воздерживаться от взаимных проявлений неуважения, тем более от оскорблений. Никто не ждет также, что вы обязательно придете к соглашению, — тут все как в реальной жизни — договорились, так договорились, нет — идите в суд решать спор правовым путем.

Не менее важным принципом является самоопределение сторон — участники переговоров при достижении договоренности прежде всего учитывают свои собственные интересы и по собственной воле приходят к взаимовыгодному варианту решения; подчеркиваю — к такому, который обеим сторонам кажется справедливым и устраивает их. Медиация, вообще, исходит из того простого предположения, что сами участники конфликта являются наилучшими «экспертами» в вопросе путей его разрешения. Кстати, в процессе переговоров участники могут советоваться с любыми необходимыми специалистами, экспертами, адвокатами или близкими людьми, для чего им позволено делать перерывы и даже по взаимному согласию договаривающихся и медиатора переносить встречу на другой день.

Сразу скажем, что мириться — в смысле «мир-мир навсегда, не дерись никогда» — необязательно. Здорово, конечно, когда бывшие враги искренне протягивают друг другу руку дружбы, но это уж как получится — недаром восстановление эмоциональной стороны взаимоотношений называют одним из важных, но «побочных» эффектов медиации. А вот договориться, разрешить, исчерпать, прекратить конфликтное противостояние, это — всегда пожалуйста!

Одной из профессиональных задач медиатора является способствование тому, чтобы на стол переговоров были выложены все составляющие конфликтной ситуации — пожелания, интересы, ценности, опасения, обиды, переживания, а не только голые факты. Именно учет всех объективных и субъективных аспектов конфликтного противостояния и позволяет достичь устраивающего обе стороны соглашения. Так, к примеру, в нашей практике неоднократно случалось сталкиваться с ситуацией, когда принесенное одной из сторон искреннее извинение позволяло практически полностью «закрыть все вопросы».

Конфиденциальность — как сами участники переговорного процесса, так и медиаторы берут на себя обязательство не разглашать то, что звучало во время переговоров, без согласия противоположной стороны.  В тех странах, где медиация является официально узаконенной и признанной практикой, стороны обязуются не использовать полученные сведения как аргументы в судебной тяжбе, а медиатор не может быть вызван в качестве свидетеля в суд.
Объясняется такая профессиональная позиция еще и тем, что на долю самого медиатора выпадает довольно нелегкая задача — соблюдать нейтралитет в процессе ведения переговоров, то есть не подыгрывать ни одной из сторон, следить за тем, чтобы одна сторона не давила на другую, не получала каких-либо преференций по части внимания и времени, а также не вмешиваться в сам процесс достижения договоренности и уж тем более не подсказывать «разумные» варианты решения, какими бы «очевидными» они ему со стороны ни казались. Другими словами, дело медиатора — правильно организовать сам процесс проведения переговоров, то есть обеспечить соблюдение этих самых принципов и следить за ходом процедуры. Так что медиатор отвечает за процесс, а не за результат.

Собственно говоря, сам «фокус-покус» медиации заключается в том, что в конфликте мы склонны отстаивать свои позиции и выдвигать требования, а также возводить вокруг них стену аргументов, отгораживая себя и окружающих от истинных причин его, конфликта, возникновения. И вот тут главная задача медиатора заключается в том, чтобы перевести предмет обсуждения с позиций на интересы. Проще говоря, вместо поиска ответа на вопрос «чего тебе надобно?», медиатор помогает обеим сторонам, прежде всего, ответить на вопрос «зачем тебе это нужно?». Ответ на этот самый вопрос, как правило, является сюрпризом для самих увлекшихся постройкой «великой китайской стены аргументации» участников конфликта, потому что интересы оказываются намного шире, а возможные способы их удовлетворения разнообразнее и проще, чем «железобетонная логика» однозначной позиции-требования.

Потом наступают этапы выработки совместного решения и составления письменного соглашения. Тут обговаривают и закрепляют «на письме» взаимно одобренный вариант решения. После чего в зависимости от важности предмета и масштабов договоренностей соглашение может быть оценено юристами на предмет его соответствия закону, либо стороны могут ограничиться обязательно проводимой медиатором «проверкой на реальность» — чередой вопросов из серии «а что будет, если…».

Кстати, по статистике, даже в наших реалиях медиационные соглашения исполняются намного лучше, чем судебные решения, — соотношение где-то порядка восьмидесяти к пятидесяти процентам в пользу медиации.

Медиации подвластны семейные, коммерческие, политические, экологические, бытовые, школьные и даже криминальные конфликты и споры. А популярность ее в мире и на отечественных просторах постоянно нарастает. Так что не удивляйтесь, если и вам вскоре предложат разрешить возникший конфликт с помощью медиации.

ЭТАПЫ БОЛЬШОГО ПУТИ
Подготовительный. Как и в любом непростом деле, успех медиации во многом зависит от того, насколько потенциальные участники понимают, во что они ввязываются. Под этим понимается также приход к соглашению, что может быть вызвано различными факторами — от нежелания тратить уйму средств, времени и нервов на официальные разбирательства до стремления сохранить нормальные отношения с противоположной стороной. В коммерческих спорах довольно часто возникает проблема потери важного поставщика.

Относительно же экономии времени могу сказать, что сама медиационная процедура от момента приглашения на встречу до ее завершения может занимать от нескольких часов до нескольких встреч, которые назначаются опять же в удобное для всех участников время и в более приятном месте, чем зал судебных заседаний. Думаю, что всякий, кто имеет печальный опыт участия в многолетних судебных разбирательствах, может сходу оценить преимущества как во времени, так и в «пространстве».

Случаи, когда переговорный процесс затягивается, конечно, бывают, но связаны они в основном с разрешением политических конфликтов. Так, сотрудничавший с администрациями нескольких американских президентов знаменитый политический медиатор Гарольд (Хэл) Сандерс рассказывал о том, что в процессе заключения знаменитого Кемп-девидского соглашения он двадцать восемь раз мотался из Америки на Ближний Восток, обеспечивая достижение понимания между договаривающимися сторонами. Кстати, сам инициатор этих переговоров, президент Джимми Картер, неплохо владел навыками медиации.

Вступительное слово медиатора. Медиатор рассказывает сторонам о принципах, правилах и возможностях медиации. Объясняет полномочия медиатора. Подробно освещает все стороны процесса — на каком этапе что будет происходить, а также объясняет, что где находится (туалет, кофе и т. д.). При этом он должен ответить на возникшие вопросы, а также получить согласие участников с правилами проведения процедуры.

«Описание ситуации». На этом этапе стороны делятся видением происходящего, так сказать, «со своей колокольни», что, по меткому выражению американского медиатора Тима Рубке, очень напоминает то, как вы «кучей вываливаете на стол пазлы, чтобы иметь возможность увидеть и оценить весь объем строительного материала для создания будущей картины (соглашения)».

Потом переходят к этапу прояснения (разрешения проблемы) на котором участники высказывают свои мнения по поводу предмета спора, делятся своими вариантами путей разрешения проблемы, обговаривают их на предмет приемлемости для обеих сторон и реальности их осуществления на практике.

Директор службы разрешения конфликтов Одесской областной группы медиации, тренер-медиатор к.п.н. Андрей Игоревич Гусев

В современной России  новым и  перспективным направлением адвокатской деятельности можно рассматривать участие адвоката в медиации в качестве медиатора, а также конфликтологическое консультирование адвокатом стороны, обратившейся за правовой помощью.

Процедура медиации имеет четкую структуру. В роли медиатора адвокат может оказывать юридическую помощь сторонам спора в предоставлении консультаций и справок по правовым вопросам при выработке соглашения и проверке его на исполнимость, а также содействовать сторонам в составлении соглашения - документа правового характера. При этом адвокат-медиатор действует в пользу одновременно всех сторон спора без ущерба интереса какой-либо из сторон, и его отношения со сторонами основываются на взаимном  доверии. Деятельность адвоката в качестве медиатора связана со снижением уровня конфликтной напряженности в отдельном споре и уровня социальной напряженности в целом в обществе, что отвечает частно - публичному назначению адвокатуры. Выполнение роли медиатора, содействующего сторонам в примирении, возможно при наличии новых профессиональных навыков и соответствующей специализации. Основные навыки связаны с коммуникативными, конфликтологическими и переговорными компетенциями: умение диагностировать, анализировать конфликт  и управлять им; способствовать превращению процесса столкновения сторон в процесс переговоров и обсуждения; с использованием медиативных техник помогать сторонам  прояснять их интересы, стоящие за позициями, приведшими к спору;  вместо отстаивания собственных позиций в конфликте, помогать  сторонам сохранить отношения в будущем; знать процедуру медиации и уметь ею руководить.

 

Тренер-медиатор, сертифицированный посредник в разрешении межличностных и общественных конфликтов, юрист,

член Лиги медиаторов Санкт-Петербурга

Марина Александровна Гришанина